Главная » Статьи » Славянское язычество

ЯЗЫЧЕСТВО ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН В VIII – XI ВВ (С привлечением материалов археологических раскопок на Змиевщине) Часть 3

Ю. А. Коловрат
ЯЗЫЧЕСТВО ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН В
VIIIXI ВВ.

(С привлечением материалов археологических раскопок на Змиевщине)

Часть 3

Сакральные захоронения и остатки закладных жертв на Змиевщине

 

На территории Змиевщины исследован ряд сакральных памятников. Это ритуальные погребения животных на пеньковских поселениях в Занках, Сухой Гомольше, Нижнем Бишкине.

 

Первая подгруппа сакральных комплексов включает в себя погребения собак. На селище Сухая Гомольша костяк собаки в анатомическом порядке залегал вдоль стенки ямы № 5. сама яма была круглой в плане, имела диаметр 1,2 м и глубину 1 м от уровня современной поверхности. О сакральности данного погребения говорит его расположение. Полуземляночные жилища № 2, 3, 4, 5 образуют полукруг, в центре которого находится яма № 10. Остальные ямы (№№ 3, 4, 6, 7, 8, 9, 12, 13) вытянуты в линию перед жилищами. Яма № 11 находится непосредственно возле угла жилища № 4. Яма же № 5 с захоронением собаки расположена особняком, вне линии ям и дальше от крайнего жилища № 3 [1].

 

На поселении Нижний Бишкин I в восточной части ямы № 5 был сделан подбой, в который на половину длины был положен костяк собаки мордой к стене. Яма отличалась округлой в плане формой, диаметром 1,5 м, глубиной дна 1,95 м от уровня современной поверхности. Здесь, в отличие от подобного комплекса в Сухой Гомольше, для собаки сделан подбой, она лежит не вдоль стенки ямы, а упирается мордой в стенку подбоя [2].

 

Собака занимала важнейшее место у земледельческих народов индоевропейской семьи: кельтов, германцев, лесостепных скифов. Она сопровождала человека на охоте, охраняла посевы от вытаптывания дикими животными, охраняла домашнюю скотину. По Гомеру, собака бесстыдна, однако она – священное животное Бога врачевания Асклепия. У кельтов собака – животное Богов, спутник Бога-целителя Ноденса [3]. Аналогичные сакральные погребения собак встречаются также у населения салтово-маяцкой культуры, где собака сопровождает покойника в загробный мир.

 

Вторую подгруппу сакральных памятников составляют ритуальные погребения черепах. На селище Нижний Бишкин I, в западной части ямы № 2 на материковом уступе высотой 0,6 м от уровня дна находился панцирь черепахи. Второй панцирь лежал в подбое, сделанном в стенке западной части ямы. На дне ямы, в северной и восточной частях, вне анатомического порядка располагались кости двух собак. Яма № 2 имела круглую в плане фору (1,9×1,7 м), глубину 1,3 м от уровня современной поверхности. Подобное погребение имеется на этом же селище в яме № 14, которая имела округлую форму (1,4×1,45 м) и глубину дна 1,9 м от уровня современной поверхности. В западной части ямы находился подбой, где располагались части панциря черепахи.

В северо-восточной части подбоя лежали кости собаки вне анатомического порядка. Панцирь черепахи располагался на уступе высотой 0,25 м от уровня дна ямы. Эти сакральные комплексы находились на расстоянии 5,5 – 6,5 м от жилища № 1. Именно к его северо-западному углу примыкало описанная выше яма № 5 [4].

 

Черепаха – символ воды, луны, женского начала, времени, бессмертия [5]. По представлениям древних индийцев черепаха находится в основе мироздания: она держит трёх слонов, на которых покоится земная твердь.

 

Размещение целых черепах или их панцирей в погребальных сооружениях является характерным для сарматских племён от Поднепровья до Поволжья. Это заставляет предположить, что на территории Змиевщины обычай погребения черепах или их панцирей связан с присутствием иранцев. Этот обычай прослеживается и у носителей салтово-маяцкой культуры, например, на могильнике Красная Горка (Балаклейский район) [6].

 

К следующей подгруппе сакральных памятников относятся погребения частей коня. На многослойном селище Занки, где имеются позднезарубинецкие и пеньковские комплексы, в яме № 101 найдены слегка обгоревшие кости конечностей и череп лошади [7].

 

Ритуальное жертвоприношение коня зафиксировано у многих индоевропейских народов. Например, римский обряд октябрьского коня (equus octōber), индийская ашвамедха(açvamedha) и др. Конь в мифопоэтических представлениях индоевропейцев связывался с Мировым древом. В скандинавской мифологии Мировое древо называется Иггдрасиль «конь Игга» (Игг – прозвище Бога Одина). В древней Индии Мировое древо называется Ашваттха «лошадиная стоянка» [8]. Однако в наибольшей степени конь связывался с небесными и солнечными Божествами. Божественные близнецы, чей культ является общеиндоевропейским, в индийской мифологии носят название Ащвины «всадники».

 

К ритуалу жертвоприношения следует отнести, по-видимому, найденные в жилище № 3 на поселении Сухая Гомольша кости коровы, зарытые под одну из опор [9]. Это погребение может отражать ритуал закладной жертвы, когда для прочности (благополучия, долговечности) новооснованного строения под стены его закапывают принесённое в жертву Богам животное.

 

Подводя итог описанию сакральных погребений животных, отметим следующее. Все три подгруппы захоронений связаны, и это на наш взгляд очевидно, с тремя уровнями мироздания. Первый уровень – верхний мир Богов, Небеса. Второй уровень – срединный мир людей, животных, растений. Третий уровень – хтонический, связанный с подземным и подводным мирами. Такое представление о мироздании характерно для всех индоевропейских народов, в т.ч. для иранцев и славян.

 

Поскольку конь в мифопоэтической символике индоевропейцев связан с солярными культами [10], то ритуальные погребения коней следует интерпретировать, очевидно, как жертвоприношения небесному Богу Сварогу – Отцу Богов.

 

Погребения собаки являются жертвами, предназначенными, по нашему мнению, Богу Ярилу. В двоеверческих представлениях образ Ярила был перекрыт христианским Святым Юрием, которого по народным поверьям сопровождали хо́рты (хортъ – славянское слово, обозначающее как собаку, так и волка).

 

Жертвоприношения черепах следует считать предназначенными для кого-то из хтонических Божеств – Даны, Мокоши, Велеса.

 

Необходимо отметить, что погребения лошадиных и собачьих черепов и костей ног обнаруживаются в местах расположения праславянских святилищ. Например, захоронения, подобные нижнебишкинским, были обнаружены на поселении Пожарная Балка, на берегу Ворсклы в районе Полтавы, которое датируется VIVII вв. до н.э. [11].

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1.        Любичев М. В. Об одной группе сакральных памятников поселений верхнего течения Северского Донца раннего средневековья // Вісник харківського університету. – 2001. – № 526: Історія. – Вип. 33. – С. 4.

2.        Там же. – С. 4 – 5.

3.        Энциклопедия символов, знаков, эмблем. – М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2005. – С. 206 – 207.

4.        Любичев М. В. Об одной группе сакральных памятников поселений верхнего течения Северского Донца раннего средневековья // Вісник харківського університету. – 2001. – № 526: Історія. – Вип. 33. – С. 6.

5.        Энциклопедия символов, знаков, эмблем. – М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2005. – С. 209.

6.        Любичев М. В. Об одной группе сакральных памятников поселений верхнего течения Северского Донца раннего средневековья // Вісник харківського університету. – 2001. – № 526: Історія. – Вип. 33. – С. 7.

7.        Там же. – С. 8.

8.        Энциклопедия символов, знаков, эмблем. – М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2005. – С. 192 – 193.

9.        Міхеєв В. К., Приходнюк О. М. Пеньківське поселення на Сіверському Дінці // Археологія. – 1986. – № 54. – С. 79.

10.     См.: Седов В. В. Восточные славяне в VI – XIII вв. – М.: Наука, 1982. – С. 267; Энциклопедия символов, знаков, эмблем. – М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2005. – С. 190, 192.

11.     Гимбутас М. Славяне. Сыны Перуна: Пер. с англ. Ф. С. Капицы. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2007. – С. 194.

 

Коловрат Ю. А. Язычество восточных славян в VIIIXI вв. (С привлечением материалов археологических раскопок на Змиевщине). Часть 3. Общие заметки о мифологических воззрениях славян // История Змиевского края. – 2009. – 26 апреля. – http://www.colovrat.at.ua/publ/4-1-0-46

 

Категория: Славянское язычество | Добавил: Yurata (26.04.2009)
Просмотров: 2917